"Министр смерти" Арсен Торосян: куда исчезали миллиарды на борьбу с COVID-19

Главное в чрезвычайной ситуации — не только спасать людей, но и не превращать катастрофу в источник дохода. Потому что вирус, как ни странно, лечится. А вот привычка осваивать бюджет — нет. Она хроническая. И, судя по всему, неизлечимая.

Период, когда Министерством здравоохранения Армении руководил Арсен Торосян, войдёт в историю не только пандемией COVID-19, но и весьма своеобразной «экономикой лечения».

Начнём с простого. Смертность. Вещь упрямая. Не любит объяснений, особенно постфактум. По официальным данным — 8746 умерших. Один из худших показателей на постсоветском пространстве. То есть либо вирус в Армении был какой-то особенный — армянофобский, с геополитическим уклоном, — либо лечили так, что лучше бы не лечили вовсе. Третьего, как правило, не дано.

Теперь к деталям. К тем самым, которые обычно прячутся в таблицах и приказах.

Согласно данным Министерства финансов Армении, стоимость лечения пациентов формировалась, мягко говоря, творчески. Приказ №1853-А от 11 июня 2020 года фиксирует «прочие расходы» на уровне 313 драмов на пациента. Уже в другом приказе — №3873-А — та же категория внезапно вырастает до 5000 драмов. Разница — 4687 драмов. Обоснования — ноль. То есть деньги появляются из ниоткуда, исчезают туда же, а между этим — проходят через бюджет.

Итог за период с 1 ноября 2020 года по 31 марта 2021 года: только по линии этих самых «прочих расходов» в соматических отделениях дополнительно начислено 178 млн драмов. В реанимационных отделениях — ещё 53 млн. В сумме — более 230 миллионов драмов.

Но арифметика — это только начало. Настоящее кино начинается, когда смотришь, куда пошли бюджетные деньги.

В первом квартале 2021 года на борьбу с COVID-19 было выделено 3 млрд 870 млн драмов. Из них 3 млрд 498 млн распределены по 26 медицинским учреждениям — приказами лично министра Арсена Торосяна. И тут начинается самое интересное.

Самый крупный получатель — медицинский центр «Сурб Григор Лусаворич». Сумма — 1 млрд 294 млн драмов. Руководитель центра — Арман Овакимян, человек, которого связывают с Торосяном не только служебные, но и личные отношения. По данным прессы, его зарплата превышала 5 млн драмов в месяц. Вопрос: это медицина или элитный бизнес-клуб?

Дальше — больше.

Национальный центр инфекционных заболеваний получает 429 млн драмов. Центр «Сурб Аствацамайр» — 291 млн. Его директор — Ованнес Зограбян, человек, связанный с окружением Торосяна и его кадровыми решениями. Научный центр травматологии и ортопедии — 283 млн драмов. Его директор Тегеран Навикян — давний знакомый Торосяна, с которым, по публикациям, строил дачи в Цахкадзоре по соседству и в одинаковом архитектурном стиле. Совпадение? Вряд ли.

Частная клиника «Медлайн» получает 325 млн 960 тысяч драмов. Руководитель — Бабкен Шаумян, также из круга министра. Позже, в 2023 году, этот же человек будет арестован по делу о хищении 120 миллионов драмов. Но это уже потом. А тогда — просто получатель бюджетных средств.

Для сравнения: крупные и известные медицинские центры страны получают в разы меньше. «Армения» — 142 млн драмов, «Эребуни» — 54 млн, «Астхик» — 41 млн, институт хирургии Микаеляна — 34 млн. То есть система работает не по принципу нагрузки или эффективности, а по принципу близости.

И это уже не про медицину. Это про распределение ресурсов в узком кругу.

Теперь — к самому неприятному. К грузам, которые исчезают.

9 декабря 2020 года Министерство здравоохранения Армении заключает контракт с авиакомпанией «Волга-Днепр». Через день перечисляется 275 тысяч долларов. Самолёт вылетает из Пекина и доставляет в Ереван 32 661 кг медицинского оборудования — кислородные концентраторы.

А дальше — внимание.

По таможенным документам оформлено всего 6607 кг. Где остальные 26 054 кг? Вопрос риторический. Ответа нет. Министерство финансов фиксирует факт: груз исчез. Не частично повреждён, не задержан — исчез.

И Уже 14 декабря 2020 года ещё один рейс доставляет оборудование — компрессоры, системы сжатого воздуха, те же концентраторы. Но документы по растаможке, распределению и даже приёмке… отсутствуют. Их просто не предоставили проверяющим.

То есть государство платит, самолёты летают, грузы вроде бы прибывают — но подтвердить это невозможно.

В нормальной стране после такого начинается расследование. В Армении — тишина.

Министерство финансов прямо указывает: средства подлежат возврату. Но дальше — ничего. Ни громких дел, ни отставок, ни хотя бы попытки объяснить происходящее.

Таким образом, Арсен Торосян продемонстрировал поразительный иммунитет — но не к вирусу, а к ответственности. Пациенты умирали, грузы исчезали, миллиарды оседали в нужных карманах, а главный «врач» системы не только избежал карантина, но и получил повышение. Диагноз ясен: коррупция как сопутствующее заболевание оказалась куда более летальной и устойчивой, чем COVID-19.