От «золотых» номеров — к золотой кормушке: МВД Армении выделили 6,5 миллиарда драмов на освоение бюджетных просторов
Есть у государственных чиновников одна замечательная особенность: когда речь заходит о расходах на собственный аппарат, деньги у них находятся с удивительной лёгкостью. Когда же речь идёт о людях, школах, жилье и прочих вещах, которые вообще-то и составляют смысл существования государства, начинается знакомая песня про бюджетные ограничения, финансовую дисциплину и необходимость расставлять приоритеты. Приоритеты, надо полагать, расставлены. Причём весьма грамотно. Особенно если смотреть на них из правительственных кабинетов.
Вот, например, очередная находка армянского правительства. На заседании 13 ноября принято решение направить 6,5 миллиарда драмов, полученных от электронных аукционов так называемых «золотых» автомобильных номеров, на нужды Министерства внутренних дел. Не на строительство школ, не на обеспечение жильём насильственно перемещённых из Арцаха семей, не на поддержку приграничных населённых пунктов. Нет. На программу с замечательным названием: «Разработка отраслевой политики, управление, централизованные мероприятия, мониторинг и контроль».
Согласитесь, звучит солидно. Даже внушительно. Особенно слово «мониторинг». Оно вообще обладает удивительной бюджетной привлекательностью. За ним можно спрятать практически всё, что угодно, а если добавить «разработку политики», «управление» и «контроль», получится почти безупречная формула для освоения средств. Что конкретно будет сделано на 6,5 миллиарда? Какие задачи решат? Какие измеримые результаты получит общество? В правительственном обосновании, по представленным сведениям, ответов на эти вопросы нет. Зато есть сумма. И сумма, прямо скажем, не располагает к скромности.
Тут, конечно, можно возразить: деньги получены от продажи особых номерных знаков, значит, почему бы МВД их не использовать? А действительно, почему бы и нет? Государство ведь само себе не чужое. Сегодня продаёт красивые номера, завтра распределяет выручку на красивые названия программ, послезавтра отчитывается о проделанной работе. Главное, чтобы всё выглядело прилично на бумаге. Бумага, как известно, стерпит и не такое.
Особенно интересно, что именно подразумевается под разработкой отраслевой политики и мониторингом. Ведь для этого можно заказать исследование, затем заказать анализ исследования, потом разработать концепцию, после чего подготовить стратегию её реализации, а затем провести мониторинг реализации стратегии. Если результаты окажутся неудовлетворительными, можно заказать дополнительное исследование причин неудовлетворительных результатов. И так до тех пор, пока 6,5 миллиарда не превратятся в успешно освоенные средства, а государственная отчётность не приобретёт видимость бурной интеллектуальной деятельности.
В стране, где практика закупок у единственного поставщика давно вызывает обоснованные претензии, эти вопросы отнюдь не праздные. Уж слишком удобная получается система: одни разрабатывают политику, другие консультируют по вопросам её реализации, третьи проверяют эффективность, четвёртые готовят отчёты о результатах проверки. Все при деле, все заняты государственной работой, все, вероятно, довольны. А гражданину остаётся только восхищаться размахом административного творчества. Особенно если ему не повезло оказаться среди тех, кто ждёт от государства не очередную стратегию, а крышу над головой.
И вот тут правительственная щедрость приобретает совершенно особый, почти издевательский оттенок.
Тысячи арцахских семей продолжают нуждаться в жилье. Люди, потерявшие дома, имущество и привычную жизнь, вынуждены годами решать проблему собственного будущего. Но на их нужды государство не спешит находить сопоставимые суммы.
В приграничных сёлах под угрозой закрытия оказываются школы. Объяснение известно: мало учеников, содержание учебных заведений обходится дорого, бюджетные средства нужно расходовать рационально. То есть сельскую школу можно закрыть, потому что детей в ней недостаточно. Можно поставить под вопрос само существование образовательной инфраструктуры в населённом пункте, потому что расходы на неё якобы не оправданы. Но 6,5 миллиарда драмов на программу ведомственного управления, политического планирования и мониторинга — это, видимо, совсем другая арифметика. Здесь экономия почему-то неуместна.
Можно, конечно, долго рассуждать о модернизации управления, институциональном развитии и повышении эффективности государственного аппарата. Но пока всё это напоминает старую чиновничью мудрость: если не можешь решить проблему, разработай программу её решения; если программа не помогла, проведи мониторинг; если мониторинг ничего не выявил, закажи независимый анализ. А если деньги закончились — объясни гражданам, что бюджет не резиновый.
Впрочем, с последним в Армении, кажется, никаких проблем нет. Бюджет резиновый ровно настолько, насколько это необходимо для тех, кто распоряжается его содержимым. И совершенно не резиновый, когда за его счёт нужно решать проблемы обычных людей.
«Золотые» номера, золотые программы, золотые кормушки для чиновничьего аппарата. И только у граждан, ради которых, по идее, существует государство, всё чаще остаётся роль статистов в этом дорогостоящем спектакле под названием «эффективное управление».