Госзакупки Минобороны: крупные контракты, поставщики и уголовные дела

С приходом Сурена Папикяна оппозиция и СМИ всё чаще обращали внимание на рост числа закупок Минобороны у одного лица — без полноценной конкурсной процедуры. Власти объясняли это необходимостью срочного перевооружения армии после войны 2020 года.

Однако критики отмечали, что механизм начал применяться не только для закупок вооружения и спецтехники, но и для более широкого круга товаров и услуг. На этом фоне всё чаще звучали вопросы о коррупционных рисках, возможном возвращении практики «откатов» и появлении подрядчиков, тесно связанных с системой власти.

25 января 2024 года правительство Армении фактически закрыло значительную часть информации о закупках Минобороны. Согласно решению кабмина, государственную тайну стали составлять:

• планы закупок Минобороны,
• запросы на закупку,
• технические требования,
• сам процесс организации закупок продукции военного назначения,
• данные о компаниях, поставляющих вооружение, услуги и работы для оборонной сферы.

Формально решение объяснялось вопросами национальной безопасности. Однако на практике это ещё сильнее ограничило возможности общественного контроля за расходованием оборонного бюджета.

Несмотря на закрытость системы, отдельные уголовные дела всё же периодически становятся публичными.

Так, 5 мая 2025 года стало известно о передаче в суд дела в отношении семи человек, включая должностных лиц Минобороны и руководителей компаний. Следствие утверждает, что чиновники министерства получали взятки в особо крупных размерах и злоупотребляли полномочиями при реализации строительных контрактов в одной из воинских частей.

По версии следствия, подрядчик использовал дешёвые материалы вместо предусмотренных проектом, а фиктивные акты выполненных работ оформлялись при содействии организации технического надзора. Ущерб бюджету Минобороны оценили более чем в 81 млн драмов.

Следствие также утверждает, что чиновники министерства получали взятки за приёмку незавершённых или некачественных работ. В одном эпизоде речь шла о 10 млн драмов, в другом — о 2,1 млн драмов, выплаченных за игнорирование нарушений при исполнении контракта.

Кроме того, по версии следствия, представители подрядных компаний могли вмешиваться и в саму тендерную процедуру. Утверждается, что незаконное вознаграждение было передано бывшему сотруднику Минобороны для содействия победе в закупке, что нанесло ущерб другим участникам конкурса.

Фигурантам предъявлены обвинения по статьям о хищении в особо крупных размерах, получении и даче взяток, злоупотреблении должностными полномочиями и другим преступлениям. Дело рассматривается в Антикоррупционном суде Армении.

На фоне всё большей закрытости оборонных закупок подобные дела лишь усиливали вопросы к системе распределения контрактов внутри Минобороны. Особенно в условиях, когда общество уже не может видеть ни сами тендеры, ни поставщиков, ни объёмы работ.

И чем меньше информации становилось публичной, тем чаще коррупционные истории начали всплывать уже в формате уголовных дел.

Невоенные закупки Минобороны: топливо, банки, гранты и «ивенты»

После перевода значительной части оборонных закупок в режим государственной тайны относительная прозрачность сохранилась в основном по линии невоенных контрактов Минобороны. Именно эти данные позволяют частично увидеть крупнейшие финансовые потоки ведомства.

Одним из крупнейших контрактов за годы пребывания Сурена Папикяна на посту министра стал договор с компанией Max Oil на поставку авиатоплива, заключённый в феврале 2026 года. Сумма контракта составила 6,13 млрд драмов.

По данным СМИ, компанию связывают с армянским предпринимателем и бывшим депутатом от РПА Арутюном Памбукяном.

В систему госзакупок Max Oil активно вошла с конца 2021 года, поставляя топливо не только Минобороны, но и аппарату премьер-министра. С Минобороны компания заключила ряд крупных контрактов:

• июль 2022 года — 1,07 млрд драмов на поставку дизельного топлива,
• октябрь 2022 года — 3,4 млрд драмов на поставку жидкого горючего,
• февраль 2026 года — 6,13 млрд драмов на поставку авиатоплива.

Ещё одним крупным поставщиком топлива Минобороны стала компания CPS. Только в 2022 году с ней были заключены три договора:

• на 4,48 млрд драмов,
• на 2,23 млрд,
• на 2,27 млрд драмов.

Ранее среди поставщиков фигурировала и компания «Мега Трейд», которую СМИ связывали с окружением депутата Хачатура Сукиасяна (Грзо). С компанией были заключены контракты примерно на 5,5 млрд и 1,3 млрд драмов.

Сделка вызвала резонанс не только из-за суммы, но и из-за политического контекста. СМИ обращали внимание, что один из учредителей «Мега Трейд» Тигран Бадалян ранее создал компанию «Сил Капитал», впоследствии переданную родственнику семьи Сукиасян.

Дополнительные вопросы возникли и после публикаций о связи «Мега Трейд» с сетью АЗС «Ран Ойл», которую позже приобрёл принадлежащий семье Сукиасяна «Сил Концерн».

Отдельное внимание вызывала скорость роста компании: созданная в феврале 2020 года, уже через несколько месяцев она получила контракт на 1,3 млрд драмов, а менее чем через год — ещё один срочный договор на 5,5 млрд драмов.

Среди крупных получателей средств фигурировал и Ардшинбанк. В 2024 и 2025 годах с банком были заключены договоры на 3,71 млрд и 3,28 млрд драмов соответственно.

Средства перечислялись в рамках соглашений Минобороны с ВТК «КАМАЗ» и проходили по категории расходов, «не считающихся закупкой».

С приходом Папикяна существенно выросло финансирование ГНКО «Центр гуманитарного разминирования и экспертизы». Начиная с 2022 года организации регулярно выделялись многомиллионные гранты:

• февраль 2022 года — 317,5 млн драмов,
• декабрь 2022 года — 295 млн,
• 2023 год — 215,3 млн,
• 2024 год — 483,7 млн,
• 2025 год — 144,4 млн,
• 2026 год — 306,6 млн драмов.

При этом публичных данных о сопоставимых объёмах грантов в предыдущие годы обнаружить не удалось.

Активизировалось и сотрудничество Минобороны с компанией «Делюкс дентал лаб». До прихода Папикяна был зафиксирован лишь один контракт — на 2 млн драмов в 2019 году.

Однако позже суммы начали резко расти:

• 2022 год — 17 млн драмов,
• 2023 год — 17 млн,
• 2024 год — контракты на 51 млн и 8 млн,
• 2025 год — закупка зубных имплантов на 126,1 млн драмов и ещё один контракт на 16,3 млн.

Компания была основана в 2014 году, её владельцем указан Роберт Акопян.

Отдельный резонанс вызвал договор Минобороны с компанией «Домино видео продакшн» на 419,6 млн драмов. Предметом контракта значились «расходы, связанные с мероприятием» — речь шла о праздновании 28 мая.

Вопросы вызвал не столько сам масштаб расходов, сколько отсутствие детализированной информации по наиболее дорогостоящим сегментам event-индустрии: аренде сценических конструкций, LED-экранов, светового и звукового оборудования, монтажным работам и декоративному оформлению.

Именно эти направления считаются наиболее непрозрачной частью рынка мероприятий, где стоимость услуг может различаться в разы.

Созданная в 2010 году компания «Домино видео продакшн», принадлежащая Ашоту Аракеляну, начала активно участвовать в госзакупках лишь в последние годы.

Помимо Минобороны, в 2025 году компания получила:

• контракт аппарата премьер-министра на 130,5 млн драмов для организации культурного мероприятия,
• договор Минздрава на 32,7 млн драмов по брендингу Фонда комплексного страхования здоровья,
• контракт мэрии Еревана на 34,8 млн драмов для проведения культурного мероприятия.

Анализ невоенных закупок показывает устойчивую тенденцию: вокруг Минобороны постепенно формируется круг компаний, регулярно получающих многомиллиардные контракты в условиях всё большей закрытости системы.

И чем меньше информации остаётся в публичном доступе, тем внимательнее приходится изучать даже такие, казалось бы, второстепенные закупки — от топлива и банковских переводов до зубных имплантов и организации праздников.