От обещания «Амулсар останется горой» до запуска рудника: экологические предупреждения, спорные решения и государственный риск на $150 млн
10 октября 2026 года в Армении официально объявили о начале эксплуатации Амулсарского золоторудного месторождения. На церемонии присутствовал Никол Пашинян, представивший проект как источник рабочих мест, налоговых поступлений и развития близлежащих общин. Но за торжественным запуском стоит десятилетняя история протестов, экспертных предупреждений и решений, последствия которых ещё предстоит оценить.
В 2018 году Пашинян пришёл к власти на фоне массовых протестов, а лозунг «Амулсар останется горой» стал одним из символов общественного сопротивления проекту. Теперь правительство, получившее политический капитал в том числе благодаря обещаниям учитывать голос граждан, обеспечило условия для запуска рудника. Вопрос заключается не только в том, сколько золота будет добыто, но и в том, насколько обоснованы гарантии экологической безопасности и кто заплатит, если защитные меры окажутся недостаточными.
Хронология: от экологического конфликта до запуска рудника
2014–2016 годы — лицензия и начало строительства. В 2014 году проект получил горнодобывающую лицензию. В 2016 году Lydian представила обновлённую оценку воздействия на окружающую и социальную среду, после чего были актуализированы разрешительные документы. В октябре 2016 года компания объявила о начале строительства. Позднее именно достаточность исходных экологических данных и оценок стала предметом серьёзных претензий специалистов и экологических организаций.
2017 год — первые масштабные экспертные предупреждения. Независимые специалисты начали публиковать анализы, в которых обращали внимание на кислотный дренаж, возможное вымывание металлов из горных пород и риски для водных ресурсов. Вопросы возникли и относительно того, насколько предусмотренные компанией меры защиты соответствуют особенностям геологии Амулсара.
2018 год — блокада и политический конфликт. После массовых протестов и блокирования подъездов строительство фактически остановилось. В ноябре около 3 тысяч жителей расширенной общины Джермук подписали петицию против проекта; 18 декабря Совет общины принял решение о развитии экологически ориентированной экономики и запрете металлической добычи на своей территории. При этом проект не был окончательно закрыт, а его дальнейшая судьба стала предметом политического и юридического противостояния.
Август–сентябрь 2019 года — экспертиза ELARD и решение продолжать рассмотрение проекта. Правительство получило заключение международной экспертной группы ELARD. В официальном изложении результатов власти сообщили, что прямой связи между подземными водами Амулсара и термальными источниками Джермука не выявлено, а риски для рек Арпа, Дарб и Воротан могут быть управляемыми при выполнении предложенных мер. Одновременно в сентябре министр окружающей среды сообщил о неточных исходных данных в ряде областей и необходимости дополнительных экологических и правовых процедур. Эти обстоятельства требовали не только политического решения, но и проверки того, как выявленные недостатки были устранены.
2023 год — соглашение о возобновлении проекта. 22 февраля правительство Армении, Евразийский банк развития и Lydian Armenia подписали трёхсторонний меморандум о возобновлении программы разработки месторождения. Общественные организации выступили против, утверждая, что риски для водных ресурсов и долгосрочные последствия кислотного дренажа не получили достаточной оценки.
27 февраля — 4 мая 2025 года — государственная гарантия и судебный спор. Решением правительства № 220-А была предусмотрена бюджетная гарантия на сумму до 150 млн долларов для привлечения кредитов компанией Lydian Armenia. 28 апреля общественные организации и граждане подали иск в Административный суд, требуя отменить это решение. Истцы оспаривают его законность и достаточность финансовых обоснований.
10 октября 2026 года — официальный запуск. Никол Пашинян принял участие в церемонии начала эксплуатации рудника и первого получения и отливки золота. Власти представили проект как экономический ресурс для страны и близлежащих общин. Однако запуск не устраняет вопросов, накопившихся за годы экспертных споров, протестов и судебных разбирательств.
Пресса бьёт в набат
Предупреждения об Амулсаре звучали задолго до нынешнего запуска. Это не только публикации активистов: армянские СМИ годами освещали конкретные замечания независимых специалистов к экологической документации проекта.
В июне 2018 года Hetq опубликовал выводы международной группы специалистов — Анн Мэст, Андре Соболевски, Андреа Герсон и Роджера Смарта. Эксперты указывали на недостатки оценки кислотного дренажа, ограниченность исходных проб и возможное занижение объёмов загрязнённых стоков. По их оценке, при реализации проекта существовал риск попадания кислых вод и загрязняющих веществ в подземные воды, родники, реки Арпа, Дарб и Воротан, а также Кечутское водохранилище. Они критиковали предусмотренные меры защиты и предупреждали, что воздействие может продолжаться десятилетиями после прекращения добычи. (Hetq: заключение специалистов, Bronozian Consultants о рисках для водоснабжения).
В январе 2020 года Aravot опубликовал анализ Анн Мэст, посвящённый техническому отчёту Lydian. Эксперт критиковала недостаточную прозрачность ряда расчётов, допущения относительно образования кислотного дренажа и обоснованность прогнозов воздействия на воду. Главная проблема, на которую она указывала, заключалась в том, что оптимистичные расчёты могут привести к недооценке необходимых расходов на очистку и защите окружающей среды. (Aravot, 13 января 2020 года).
В феврале 2023 года Transparency International Anticorruption Center и другие общественные организации выступили против возобновления проекта. Они заявили, что правительство не обеспечило полноценную повторную оценку воздействия на окружающую среду и не учло в достаточной степени прежние экспертные замечания. (Transparency International Anticorruption Center, 28 февраля 2023 года).
Издание Past.am в публикации от 11 октября 2026 года резко раскритиковало запуск Амулсарского золоторудного месторождения, назвав его символом отказа властей от прежних обещаний. Авторы напоминают о лозунге «Амулсар останется горой» и предупреждают о возможных экологических последствиях открытой добычи: кислотном дренаже, вымывании тяжёлых металлов, рисках для бассейнов Арпы и Воротана и водных ресурсов Джермука. Особое внимание уделено замечаниям к экологической документации Lydian и выводам международной экспертной группы ELARD. По оценке издания, решение о запуске рудника требует принципиального общественного и правового разбирательства. Главный вопрос — готовы ли власти обеспечить независимый мониторинг и взять ответственность за возможные последствия для природы и населения.
Общий смысл этих предупреждений очевиден: экологическая безопасность Амулсара зависит не от того, сколько раз власти или инвестор назовут проект соответствующим международным стандартам, а от качества исследований, надёжности защитных систем и способности контролировать последствия на протяжении многих лет.
Армен Саркисян и политическая история Lydian
Отдельного внимания заслуживает история отношений бывшего президента Армена Саркисяна с Lydian International — компанией, продвигавшей проект Амулсара.
В марте 2013 года Lydian International объявила о назначении Саркисяна в совет директоров. В сентябре того же года компания сообщила о его уходе в связи с назначением послом Армении в Великобритании. В 2018 году Саркисян был избран президентом страны, а Амулсар стал одним из наиболее острых общественных конфликтов. Сам Саркисян позднее заявлял, что ушёл из совета директоров примерно за пять лет до этого и не имел доли в проекте или прибыли от него. (Armenpress, 23 мая 2018 года).
Прежнее членство будущего президента в совете директоров Lydian — существенный факт политической истории проекта. Он требует ясного ответа на вопрос, как выстраивались отношения между инвестором и государственными структурами на разных этапах и насколько прозрачно принимались решения, определившие судьбу месторождения.
Кто получает выгоду — и кто несёт риск?
По данным, опубликованным при запуске проекта, 87,5% Lydian Armenia принадлежит международной горнодобывающей компании United, а 12,5% — правительству Армении. Государственная доля означает возможность получать выгоду от деятельности предприятия, но не отменяет финансовых и экологических рисков.
Гарантия на сумму до 150 млн долларов — создаёт потенциальные обязательства государства по кредитам проекта. Поэтому обществу необходимо знать условия гарантии, требования к обеспечению, порядок её исполнения и последствия возможного невыполнения обязательств заёмщиком.
Есть и экологическая сторона. Кислотный дренаж может образовываться, когда содержащие сульфидные минералы породы вступают в контакт с водой и кислородом. Такой процесс способен приводить к появлению кислых стоков и вымыванию металлов. При кучном выщелачивании золота с применением цианида особенно важны надёжность гидроизоляции, сбор технологических растворов, контроль утечек и эффективная очистка воды. Экспертные предупреждения о загрязнении вод Арпа, Воротана или бассейна Севана требуют долгосрочного и серьезного публичного контроля.
Правительство должно регулярно публиковать результаты независимых исследований воды и почвы, данные о состоянии защитных сооружений, сведения о налогах и роялти, а также финансовые гарантии восстановления территории после закрытия рудника. Проверки должны охватывать не только период добычи, но и годы после её завершения.
Вместо заключения
Амулсар — это не только золото, рабочие места и инвестиции. Это проверка способности государства защищать общественные интересы там, где экономические интересы частных инвесторов сталкиваются с долгосрочными экологическими рисками.
На текущий момент правительство Пашиняна не даёт прозрачных и обоснованных объяснений, почему проект, вызвавший многолетние протесты и серьёзные экспертные возражения, в итоге получил зелёный свет и государственную финансовую поддержку. В данном случае ответ не может ограничиваться заявлениями о развитии и международных стандартах. Нужны открытые документы, независимые измерения и понятный механизм ответственности.